Вторая поэтическая дуэль - финал
Мой никнейм на Фантлабе:
Стихи оцениваются по шкале от 1 до 20 баллов, каждая оценка сопровождается комментарием (отзывом). Выставить оценки необходимо всем конкурсным работам, кроме своей собственной. Разные стихи могут быть оценены одинаковыми баллами.

В кино

Помнишь ли ту детвору
в заэкранном пространстве?
Карабкались
к небу взахлеб ввечеру
по стремянке.
Пусть полотняному –
им дотянуться бы только
до сини, до дали, до доли.
Что там крутили тогда –
не «Джульетту и духи»?
Шушукалась
на космотрапе орда
вольнодумцев:
сквозь белолунную
ткань образа́ проступали
зеркально природе и залу.
Двигались стрелки часов
от двенадцати влево,
да бе́з толку:
время назад не текло – 
мы взрослели,
близкого не́бушка
трогали гладь… чемпионы
с гравюрищи Фламмариона.
Рва́лись наружу, в рассвет,
попадали в ночь зала
с печальными,
младше пропащих детей
матерями
и понимали, что
нужно еще, напоследок
по пыльному яркому следу –
ровно туда, где исток,
теургический центр
гомоте́тии,
в крипту, где царь-колесом
вертит ленту
сам нестареющий
киномеханик, где шалость
и свет получают начало.
Жаль одного лишь – не все
успевали: сеансы
кончаются
вовремя. С нами ли, без.

	Моя оценка:	
	Комментарий:	
Звезды над морем

Ночь покоем поманит, как каменный – мир на плечах.
Город тонет в тумане, качается в лунных лучах.
Абрис – ржавый, холодный – вполнеба горит, как клеймо,
мрака зябкие волны ползут мимо спящих домов –
растворяя печаль, наполняя безумием сны,
заливая асфальт черно-белым сиянием тьмы,
и в безмолвии жутком по улицам катится вал –
погребая маршрутки, круша – за кварталом квартал.

Птицы жмутся все выше, под окнами плещет вода.
В волнах спящие дышат, как змеи, скользят провода,
шпиль высотки бетонной – ветрами источенный мыс,
скайп, часы, телефоны, кружась, опускаются вниз:
на железные скалы, на зубчатых листьев ножи –
больше нет сериалов, прогнозов, планерок и лжи,
все безвидно и пусто, лишь тени шныряют по дну.
Тонут мысли и чувства, и я вместе с ними тону.

Тонут краски и звуки. Мой город – в плену до зари.
Будто мертвые руки, из пены торчат фонари,
туч чернильные горы – свод лестницы в звездном огне:
кто-то ходит по морю, и рыбы кричат в глубине,
вянут острые стебли, у спящих светлеют глаза –
тьма стекает под землю, вода отступает назад,
и в бессилии, в страхе рождается свет маяка:
странник в белой рубахе – и жаркое сердце в руках.
	Моя оценка:	
	Комментарий:	
* * *
Притихли птицы – может быть, гроза
начнется к ночи. Как похож закат
на пламя погребального костра...
В вечерних новостях справляют тризну –
манерно, зло. Смешные старички – 
Ван Эйк и Рембрандт, Брейгель и Веласкес –
кряхтя, из рам своих сооружают
уж если не ковчег – хотя бы лодку...
Звенит комар настырно, а над ним 
занесена карающая длань.
Сгустились тучи. Скоро грянет буря.
	Моя оценка:	
	Комментарий:	
Мячик Джека

Вот мячик, которым играет Джек.
А это — дорожка вокруг фонтана,
И облако кроны большого платана,
Который подстрижен как солнечный мальчик,
Тот мальчик, с которым играет Джек.

Вот мячик, которым играет Джек.
А это — дорожка вокруг фонтана,
И облако кроны большого платана,
Который подстрижен как солнечный мальчик,
И тень от луны, крутобокой как мячик,
Тот мячик, которым играет Джек.

Вот мячик, которым играет Джек.
А это — дорожка вокруг фонтана,
И лунная крона большого платана,
Который подстрижен как маленький мальчик,
И солнечный диск, так похожий на мячик,
Тот мячик, которым играет Джек.

Вот мячик, которым играет Джек.
А это — дорожка вокруг фонтана,
И лунная крона большого платана,
Закрывшая неба божественный лик,
Которое спит, как усталый старик,
Не глядя и глядя на солнечный мячик,
Тот мячик, которым играет Джек.

Вот мячик, которым играет Джек.
А это — дорожка вокруг фонтана,
И облако кроны большого платана,
В котором скрывается маленький мячик,
Уставший от игр словно древний старик,
Который скрывает свой истинный лик,
Который и солнце, и небо, и мальчик,
Тот мальчик, с которым играет Джек.
	Моя оценка:	
	Комментарий:	
* * *
Струи дождя упали осями координат.
Размытая жизнь и пленкой на лужах – мечты.
Мир истончился в промокший картонный квадрат.
Абсциссой здесь стану я, ординатой – ты.

Прямые дорог превращаются в псевдокруги.
Деревья ветвятся, фракталами множа листья.
Второго порядка заклятые враги —
Мнимые цели, к которым легко стремиться.

Проекты, проекции… Тучи рождают лишь тлен.
Солнца лучи параллельны планете-квартире.
Вывернуть взрывом проклятый кубик из стен,
Мешают пустые мишени в моем личном тире.

Снежинок гармония плавится в тусклом огне.
В плюс бесконечность стремится предел суеты.
Поверхность у жизни одна, и в реальности-сне
В окрестности чуда я, и со мною – ты.
	Моя оценка:	
	Комментарий:	
Рождение Мысли

В чёрном небе трепет, звон колоколов,
Запах мёда, ласки тысяч хоботков.

В стеклянные стенки на ощупь языком
Тыкался, маялся, выл слепым зверьком.

А на ране – россыпь пенных блесток лжи,
Каплют в рану росы, болью освежив.

Себя наизнанку в мёртвой тишине
Рвал, выворачивал – достался не мне.

Небо стекленело, но звук – словно медь;
Вычеркни две буквы: надо «УМЕреТЬ».

Когда ж пойдёт погоня (там – хрипы, лязг и стон!),
Её не сдержат брони – те, старинных времен.

Когда ж и я по следу погони той пойду,
То грязного лишь снега отпечатки найду.

Стаял снег; на землю, оседая, лёг
Тусклой серой тенью уставший мудрый Бог.

От нас хоть не зависел Он,  в итоге – одно:
Рождается Мысль (пусть в муках. Всё равно!)

Откусивши яблоко, мучился Адам:
Верить, мол, не стоило грешной мадам.
	Моя оценка:	
	Комментарий: